Конкистадор закрывает глаза 4 глава

Эта идея пришла ему в голову, когда он прикоснулся к обручальному кольцу на левой руке.

Было самое начало девятого, и Миранда собирала огромную — полуметра на полметра- мозаичную картину. В прошлую субботу он рано возвратился домой и увидел мелкие куски мозаики, разбросанные около их кровати. Жожо опешил, а позже, видя, как супруга Конкистадор закрывает глаза 4 глава склонилась над коробкой, рассматривая картину в поисках подсказки, помыслил: что принудило ее приобрести эту игрушку?

— Миранда, — обеспокоенно спросил Жожо. — Разве я уделяю для тебя не много внимания?

Она даже не посмотрела на него.

— Нет.

— Тогда для чего ты купила эту мозаику?

— Я ее не брала. Ее купила Конкистадор закрывает глаза 4 глава Нана Конче для собственного внука, но ему мозаика не приглянулась, и Нана расстроилась. Она пригрозила, что выкинет ее, но я ей не позволила.

— А-а-а, понятно.

— Я помыслила, что любопытно будет с ней повозиться.

Жожо вспомнил, как кропотливо и методично она обучалась заряжать пистолет.

— А я уж ужаснулся, что ты Конкистадор закрывает глаза 4 глава думаешь, как будто я стал к для тебя индифферентен. Ведь с того времени как я работаю шофером у шефа, мне приходится нередко пропадать ночами.

Миранда снова даже не посмотрела на него. Она только-только отыскала два подходящих друг к другу куска.

— Вот я и решила собирать эту картину, чтоб Конкистадор закрывает глаза 4 глава скоротать время, пока тебя нет дома.

— А-а.

— Поможешь мне?

— Давай.

— Отлично. Понимаешь, тут настолько не мало кусочков, что это достаточно сложное дело. Естественно, очень сложное для внука Наны Конче. Он бы только расстроился.

Жожо погрузился на колени рядом с ней, держа в руке два ровненьких куска.

— Необходимо Конкистадор закрывает глаза 4 глава начать с углов. В этом все дело. Миранда кивнула.

— Я знаю. Я их уже отыскала. Вот они.

— Точно.

— …Я приготовила для тебя ужин. Он там, под тарелкой.

— Ты уже поела?

— Час вспять.

— Ну… — Жожо пожал плечами. — Давай собирать эту штуку.

— Раз…

Его большой палец повернул кольцо.

— Два… — произнес Терой Конкистадор закрывает глаза 4 глава.

Жожо оставил кольцо в покое и ухватился обеими руками за пистолет. — Три!

Стоя плечом к плечу с Тероем, не способен отвести глаз от снопа искр и разлетающихся во все стороны щепок, Жожо вдруг ощутил, что с его руками что-то не так. Они стали непослушливыми и, казалось, существовали Конкистадор закрывает глаза 4 глава раздельно от тела. Пока они делали все, что он от их добивался: держали орудие в одном положении, как позволяла отдача. Но Жожо не знал, чего от их ожидать в последующий момент. Похоже, они были готовы взбунтоваться, угрожая выйти из строя и стать никчемными, как будто понимали то, чего не осознавал он сам Конкистадор закрывает глаза 4 глава.

Он был уверен, что тоже сообразил бы, если б не отдача, которая сотрясала его тело при каждом выстреле, вызывая чувство пустоты.

Но вот пистолет закончил дергаться. Патроны кончились. Терой оттащил Жожо в сторону от двери, выхватил из его рук пистолет и перезарядил его до этого собственного Конкистадор закрывает глаза 4 глава собственного. Он вставлял патроны с таковой же ловкостью, с какой уличный фокусник гоняет монетку меж пальцами.

Терой что-то проорал, судя по его обширно раскрытому рту, но Жожо ровненьким счетом ничего не услышал, так как совсем оглох сходу после слова «три» и последовавшего за ним грохота стрельбы. Он даже не услышал собственного Конкистадор закрывает глаза 4 глава голоса, когда кликнул: «Я тебя не слышу» — в ответ Терою, который, казалось, тоже оглох.

Но вот пистолет опять очутился в руках у Жожо. Терой поднял палец и смотрел на Жожо с выражением напряженного ожидания.

К первому пальцу добавился 2-ой. Символ перемирия.

Символ перемирия?

— Я тебя не слышу!

А Конкистадор закрывает глаза 4 глава вот и 3-ий палец. Ох, нет, — вяло помыслил Жожо, — снова начинается.

Опять появилось знакомое чувство в руках, но сейчас, невзирая на отдачу пистолета, в сознании смутно появлялся некий образ. Он становился практически точным в маленьких промежутках меж выстрелами, пропадал и ворачивался опять, становясь все яснее и яснее.

Зеленоватое и Конкистадор закрывает глаза 4 глава голубое.

Вокруг раскинулись тропические заросли, вверху показывалось голубое небо, а впереди была поляна.

На поляне — разбросанные в каком-то подобии порядка там и сям плиты и что-то вроде коробок. Группа парней, одетых в темные костюмчики, и дам под темными зонтами стояла вокруг какого-то строения.

Достаточно огромное здание по Конкистадор закрывает глаза 4 глава провинциальным меркам, хотя и совершенно малюсенькое по городским, без окон и без дверей, все из белоснежного камня, окруженное стальной оградой.

В промежутках меж выстрелами Жожо ощутил на шейке горячее прикосновение солнца.

На фоне коренастых, с потеками от дождика коробок, на которых показывались короткие надписи в обрамлении дат и имен Конкистадор закрывает глаза 4 глава, китайские склепы, богато увенчанные резьбой и мраморной мозаикой, поражали своим великолепием. Но оно казалось просто ничтожным по сопоставлению со склепом дона Пепе, который размещался в самом центре кладбища, посреди свободно стоящих изваяний, изображающих толстощеких детей и святую Деву Марию. Размером с маленькую церковь, склеп был окружен Конкистадор закрывает глаза 4 глава своей, совсем особой оградой из металлического литья.

Под защитой каменных стенок нескончаемым сном спали многие поколения семьи дона Пепе. Расположившись за оградой, целая армия духов его протцов так и кипела в недвижном воздухе вокруг склепа, выглядывала из глаз изваяний, кишела в подстриженной травке у их ног.

А посреди деревьев, окружающих кладбище Конкистадор закрывает глаза 4 глава, обливаясь позже, стояли все обитатели деревни и Жожо с семьей. Духи невидимы, — пошевелил мозгами Жожо, следя за массой наилучших плакальщиков у входа в склеп. Их недвижные темные силуэты сомкнулись вокруг гроба дона Пепе. Они казались так убитыми горем, что были не в состоянии даже причитать либо рыдать Конкистадор закрывает глаза 4 глава.

Но он ошибался. Жожо еще никогда не приходилось созидать настолько беззвучных похорон. И не только лишь он ощущал себя не в собственной тарелке. Когда священник начал гласить, кто-то кратко всхлипнул.

— Ай-яй-яй, — донеслось из зарослей папоротника слева от него. Похоже, супруга таты Typo, судя не по громкости причитания Конкистадор закрывает глаза 4 глава, а по тому, как резко оно закончилось. Раздался приглушенный визг, когда тата схватил супругу за глотку и зажал ей рот рукою. Этот звук был знаком большинству обитателей деревни.

Мама Жожо зевнула, переступила с ноги на ногу и вытерла лицо носовым платком. Ее блуза, которая еще днем была ослепительно Конкистадор закрывает глаза 4 глава белоснежной, сейчас липла к спине и была вся усеяна листьями и крохотными веточками.

Жожо посмотрел на нее, и она улыбнулась в ответ.

— У тебя все нормально? — шепнула мама. Жожо кивнул.

— Для тебя не очень горячо? — Нет.

— А ты не очень утомился?

— Нет.

— …Может, проголодался? Жожо секунду пошевелил мозгами:

— Нет Конкистадор закрывает глаза 4 глава, не проголодался.

— Потерпи, уже недолго осталось, если ты еще можешь стоять в рубахе…

— Да, могу.

— Неплохой мальчишка, — шепнула мама с легким цветом удивления в голосе и опять вытерла лицо платком. — Неплохой.

— Аминь, — тихо прозвучало посреди надгробий и раздалось посреди деревьев. Священник окончил ритуал, и гроб с телом дона Пепе понесли к Конкистадор закрывает глаза 4 глава воротам склепа.

Вдруг Жожо ощутил руку отца у себя на пояснице. Отец толкал его вперед. Не понимая, в чем дело, Жожо уперся ногами в землю.

— Ступай вперед, — прошептал отец и толкнул посильнее.

— Но для чего?

— Ступай вперед!

Жожо продолжал сопротивляться. Они уже несколько часов простояли посреди деревьев, придя за Конкистадор закрывает глаза 4 глава длительное время до плакальщиков. И все это время никто не произнес ни одного слова громче, чем шепотом, и не сделал ни одного движения резче, чем требовалось, чтоб отогнать муху. Так для чего же было выходить на броский свет из этого убежища?

— Для чего? — повторил Жожо, обернувшись к мамы Конкистадор закрывает глаза 4 глава в поисках поддержки. Но не тут-то было! Мама оказалась заодно с папой.

— Ну иди, Жожо!

— Меня увидят!

— Вот конкретно, — произнес отец.

— Жожо, делай, что для тебя молвят!

— Меня увидят!

— Да. Мы желаем, чтоб тебя увидел дон Пепе!

— Дон Пепе? — Жожо в ужасе поглядел на склеп. Гроб с телом Конкистадор закрывает глаза 4 глава дона Пепе в последний раз сверкнул на солнце, до того как пропасть за дверцей склепа. — Но он же погиб!

— Погиб? — недоверчиво произнес отец Жожо и толкнул его в последний раз. Толчок был так сильным, что Жожо не удержался и шагнул вперед, выйдя из спасительных зарослей бамбука.

Он был Конкистадор закрывает глаза 4 глава виден как на ладошки и остро ощутил собственное одиночество. Над ним расстилалось обширное светлое небо. Сухая травка хрустела под босоногими ногами, а солнце жгло шейку.

Предки Жожо оказались правы. Когда двери склепа начали запираться, а плакальщики расступились, голова дона Пепе наклонилась в его сторону. Он составлял одно целое со собственной асьендой, и Конкистадор закрывает глаза 4 глава его было видно с хоть какого расстояния. Его всегда можно было выяснить по гордой осанке и широкому шагу, а сейчас — по длинноватым черным волосам. И хотя Жожо не мог созидать глаз дона Пепе, ему было довольно и этого легкого движения головы. Он знал, что метис глядит Конкистадор закрывает глаза 4 глава прямо на него.

Через несколько мгновений из тени вышли и все другие, но они упустили собственный шанс. Жожо был первым. Один только он был увиден, и его запомнили.

Волосы, поначалу темные, позже седоватые, снова темные и опять седоватые. Толстяк, его руки, а позже и жизнь, отнятые обладателем плантации Кастилья с бровями Конкистадор закрывает глаза 4 глава белоснежными, как морские чайки. Руки отрубил юноша с красноватым туманом в голове. Пандинг, бездвижно стоявший на пороге собственного дома, так беспомощный, что не в состоянии даже сам себя обслужить, сошел в могилу, когда Жожо было лет пять-шесть.

Доны Пепе были всегда, а вот метис появился только в один прекрасный Конкистадор закрывает глаза 4 глава момент. Последний из донов Пепе, может быть, никогда не лицезрел свою мама. Он так и не женился, так как ощущал, что этого делать нельзя. Может быть, он рассуждал так: древная кровь не выдержит еще 1-го разведения. Его отчаянная попытка возвратиться на землю протцов была предпринята тогда, когда он Конкистадор закрывает глаза 4 глава был уже очень стар и время ушло.

«Здесь, — проронил бы он с заднего сидения „мерседеса“, — одни только…»

Да, тут одни только филиппинцы.

— У метиса не было отпрыска.

Жожо повторил эти слова пару раз. Единственный человек, который мог его услышать, был глух либо мертв, но слова все равно стоили Конкистадор закрывает глаза 4 глава того, чтоб их произнести; Жожо ощутил, как они вибрируют в горла и слетают с языка.

— Он мертв…

Тем временем Терой опять перезарядил пистолеты. Он тоже что-то гласил. Может быть, проклятия и опасности в адресок мореплавателя, убившего его владельца, и что он с ним сделает, если тот, к несчастью Конкистадор закрывает глаза 4 глава, вдруг окажется живой.

— Паре, — произнес Жожо, когда пистолет опять очутился у него в руке. — Мы должны бросить мореплавателя в покое… Я думаю, мы могли бы… просто…

Терой вышиб ногой изрешеченную пулями дверь номера мистера Шона.

— …уйти.

Жожо остался один в коридоре, смотря на дым и пыль, в каких растворился его Конкистадор закрывает глаза 4 глава напарник.

В свою очередь метис смотрел на Жожо, и его глаза совсем не были такими мертвенными, как задумывались его шофер и телохранитель. Он не мог двигаться и практически не мог мыслить, но осознавал, что с ним случилось за эти пару минут. И хотя у него все плыло перед очами, он Конкистадор закрывает глаза 4 глава еще мог созидать.

Он лицезрел, что Жожо не решается последовать за Тереем.

Смутно сознавая, что значит эта нерешительность, метис ощутил, как в нем подымается ярость. Его возмущение стремилось пробиться наружу, но было не способен прорваться через кровь, которая пузырилась у него на губках, и потому так и осталось Конкистадор закрывает глаза 4 глава невысказанным.

Вобщем, может, и не так. Может, его могущество каким-то образом пережило собственного владельца, так как через несколько секунд его шофер проскользнул в комнату британца.

Все тут было практически искрошено пулями, а британец скрылся: проломил стенку и пробежал через 2-ой ряд комнат, которые выходили в параллельный коридор Конкистадор закрывает глаза 4 глава. Стенки были проломлены, образуя широкий проход с рваными краями. Удивительно, все это напомнило Жожо обглоданный хребет какого-то огромного животного.

В далеком конце этого прохода на мгновение мелькнул мистер Шон, а позже нырнул в 1-ый коридор. Терой сразу ринулся вдогонку, и Жожо понесся за ним, отставая на шаг. В чем здесь Конкистадор закрывает глаза 4 глава дело: в преданности воздуху, бурлящему вокруг склепа семьи дона Пепе, либо другу-телохранителю — непонятно, но другого пути не было.

Бегущий человек

Все место пустыря напротив гостиницы «Патай» было подсвечено языками пламени от горевшего мусора, и луна меркло светила через дымку метана. У себя за спиной Шон слышал, как его Конкистадор закрывает глаза 4 глава преследователи стреляли, спотыкаясь о те же камни, о которые он сам спотыкался несколько минут вспять. Он слышал также стоны умирающего в холле гостиницы «Патай». Шон застрелил бритоголового типа, не дожидаясь, пока тот преградит ему дорогу.

Мчась по пустырю, он без всякого плана сворачивал то на право, то Конкистадор закрывает глаза 4 глава на лево, в узенькие проходы меж трущобами и в боковые улочки. Шон знал, что это единственный путь к спасению. Алехандро-стрит, Шугат, Шакит, Сайанг — все это не годится. Очень широкие и открытые. Другое дело — проходы, улочки и… крещение в канализации, чуть прикрытой древесными щитами.

Быть не может, — поразмыслил Шон, когда Конкистадор закрывает глаза 4 глава оступился и скатился в траншею глубиной в метр, заполненную жидкостью. Не может быть. Этого не должно было случиться. В такие моменты ноги должны нести тебя сами, а идея о чесотке просто не может появляться. Адреналин был должен ему посодействовать.

Дно канавы оказалось скользким, как жирное стекло, и он Конкистадор закрывает глаза 4 глава опять свалился, почувствовав его под ногами. На какую-то секунду он погрузился с головой, позже встал на колени, хватаясь руками и упираясь локтями в обратные края.

— Вот гадость! — пробормотал Шон, протирая залепленные дерьмом глаза.

Совершенно рядом он увидел две фигуры — Джо и Терой. Означает, они петляли совместно с ним и в конце Конкистадор закрывает глаза 4 глава концов настигнули его. Сейчас ему конец.

Но прошло мгновение, а он все еще был живой. Означает, это не Джо с Тероем, так как они бы его уже уничтожили либо, по последней мере, ранили. Опять протерев глаза, он увидел, что фигуры очень малы для взрослых парней. Это мальчишки, уличные Конкистадор закрывает глаза 4 глава мальчишки… Они смотрели на него удивленно и в то же время серьезно. Грохот досок возвратил Шону способность действовать. Сейчас это были Джо с Тероем, при этом совершенно близко, в том же проходе.

Шон подтянулся и пробился наружу.

На лево, на право, на лево и снова на право Конкистадор закрывает глаза 4 глава, а он все еще не мог от их оторваться. Несколько раз ему казалось, что он ушел, но не тут-то было. Он останавливался, чтоб перевести дух и попробовать сориентироваться, но тотчас же слышал шум погони. Шона тошнило от вялости, но он опять заставлял себя двигаться. Нет, не бежать, так как у Конкистадор закрывает глаза 4 глава него уже не было на это сил даже ради спасения своей жизни. Тело не слушалось его, он растерял всякую осторожность и мог только двигаться. Но, похоже, Джо и Терой тоже выбились из сил, так как расстояние меж ними не сокращалось.

Так длилось достаточно длительно. В конце концов Конкистадор закрывает глаза 4 глава Шон выкарабкался из трущоб и очутился в другом районе, где жили люди среднего достатка. Улицы были чуток обширнее, и тут уже стояли личные дома, а не ничтожные лачуги. Попадалось меньше бараков из рифленого железа и больше зелени. Этот район, видимо, хорошо смотрелся под вечер, когда низкое оранжевое солнце освещало расцветающие деревья, простиравшие Конкистадор закрывает глаза 4 глава ветки через решетки оград.

Масса расцветающих деревьев вокруг. И настолько не мало цветов, усыпавших деревья и асфальт, что все было напоено их запахом.

2-1


Темный пес уже в пути

Из окна кухни все казалось разноцветным. Асфальт еще голубел, а травка зеленела, хотя солнце практически скрылось за горизонтом и Конкистадор закрывает глаза 4 глава небо отливало красноватым. В любом другом месте городка красноватое небо стерло бы все цвета, как при фотовспышке, но только не тут. Это был неплохой квартал, застроенный личными домами, с широкими незапятнанными улицами, где все цвета, как ни удивительно, какое-то время сохранялись и после захода солнца.

— Время цветения, — произнесла Роза Конкистадор закрывает глаза 4 глава, отряхивая с рук мыльную пену.

На прошлой неделе зацвели деревья на Адонис-авеню, прорываясь через прутки оград, как брызги водопада.

— Готово, — добавила она, внушая самой для себя, что тарелки в мойке чище некуда. Она целых 10 минут мыла их и споласкивала в прохладной воде, пока последнее сухое рисовое зернышко не отлепилось Конкистадор закрывает глаза 4 глава от фарфора.

Кстати, тарелки уже были незапятнанными, а малыши еще как бы нет. Она желала искупать их и уложить в кровать до прихода супруга, даже если они к тому времени не уснут. Роза вынула пробку из мойки и увидела свое прекрасное лицо, которое отражалось в водовороте стекающей Конкистадор закрывает глаза 4 глава воды. Пройдет еще пару лет, и ее волосы станут такими же седоватыми и мерклыми, как у ее мамы.

Рафаэлю 6 лет, а Лите — восемь. У него подстриженные ежиком лохматые волосы, круглое лицо и огромные суровые глаза с бровями домиком. Из-за этого кажется, что Рафаэль хмурится, даже когда он улыбается. А вот у Конкистадор закрывает глаза 4 глава Литы брови похожи на крылья, потому у нее таковой вид, как будто она вот-вот рассмеется, даже когда ей совершенно не до хохота. Очень прекрасная девченка, как любит повторять ее бабушка Корасон, даже очень нередко, во вред самой Лите. Если Лита и взаправду вырастет таковой прекрасной, то Конкистадор закрывает глаза 4 глава чем меньше она будет об этом знать, тем лучше. Пока же она, как ни умопомрачительно, совсем не понимает, что может как угодно крутить хоть каким существом мужского пола старше 13-ти, и слава богу, если так будет и далее.

Лучше выразить свою любовь и восхищение, просто проведя по мокроватым Конкистадор закрывает глаза 4 глава волосам деток, либо снять с их лобиков мыльную пену, которая может попасть им в глаза.

— Как вода? — спросила Роза. Лита кивнула:

— Отменная. Не очень жгучая.

— Ага, — поддержал Рафаэль. — Не очень жгучая. Она была не очень жгучая, даже когда мы залезли в ванну.

— Смотри-ка, ты уже не просишь дать для тебя утенка Конкистадор закрывает глаза 4 глава.

— Гмм…

— Так что, дать его для тебя?

— Ну… — Рафаэль пожал плечами, — хорошо.

— Только «ладно»? А совершенно не так давно ты ни в какую не желал без него купаться.

— Отлично. Дай мне, пожалуйста, утенка. Роза протянула ему желтоватую игрушку, и он бросил ее меж скрещенных ног. Практически сразу утенок Конкистадор закрывает глаза 4 глава завалился набок и стал тонуть. Две половинки пластмассовой игрушки равномерно разошлись, и мало песка высыпалось из нее при каждом купании. За несколько месяцев Роза так привыкла к тому, что песок царапает ей спину, когда она лежит в ванне, что ей практически недоставало этого чувства, когда весь песок высыпался Конкистадор закрывает глаза 4 глава.

— Мать, расскажи о поликлинике, — попросила Лита.

— Все… как обычно.

— Ты выручила кого-нибудь? Роза помотала головой.

— Нет, Лита, сейчас никого.

Лита была разочарована. В прошедшем месяце Корасон привела малышей в поликлинику, чтоб они повстречали маму с работы. Все совместно они вошли со стороны отделения травматологии, куда только-только привезли Конкистадор закрывает глаза 4 глава людей, пострадавших в автокатастрофе в районе Эдзы. Трупы лежали прямо на полу, и кругом было много крови. К счастью, малыши были уравновешенными и, в отличие от бабушки, не мучились позже ужасами и спали тихо. Но этот случай отдал Лите совсем неправильное представление о ежедневной работе мамы, и Роза пробовала Конкистадор закрывает глаза 4 глава поправить положение, терпеливо объясняя девченке что к чему.

— Ты правда никого не выручила?

— Правда. Зато одному нездоровому я поставила диагноз — аппендицит.

— Аппендицит! — отрадно схватила Лита. — А от этого можно умереть?

— Только если попадешь к несведущему медику.

— Не-ком-пе-тент-ному?

— Нехорошему медику.

— Как Эдуардо?

— Кто для тебя Конкистадор закрывает глаза 4 глава произнес, что Эдуардо нехороший доктор?

— Ты.

— Неуж-то?

— Я слышала, как на прошлой неделе ты гласила об этом отцу.

— А-а! Так у тебя огромные уши, — притворно рассердилась Роза и ущипнула ее за ушко.

Лита захихикала.

— Ну, а у тебя как дела? Расскажи, что в школе. Ты там кого-нибудь выручила?

Но Конкистадор закрывает глаза 4 глава Лита ничего не ответила. Ее отвлекло то, что проделывал Рафаэль.

Роза оборотилась. Рафаэль схватил утенка и держал дырявую игрушку над лицом, выливая мыльную воду прямо для себя в рот и на подбородок.

— Раффи, неуж-то ты пьешь это?

— Совершенно чуть-чуть, — пролепетал Рафаэль.

— Ведь я гласила Конкистадор закрывает глаза 4 глава для тебя, что вода в ванне совершенно не такая, как питьевая вода из крана на кухне. Она грязная.

— Нет, незапятнанная! Мы только-только в ней искупались. Взгляни, сколько здесь пены!

— Нет, — твердо произнесла Роза, отбирая у него разломанного утенка. — Она грязная, а вот вы незапятнанные, потому вылезайте оба. На Конкистадор закрывает глаза 4 глава данный момент я вас вытру и уложу спать.

Держа наготове футболку, Роза смотрела, как Рафаэль натягивает ночные шортики. Ей хотелось держать футболку одной рукою, но ничего не поделаешь, необходимо держать 2-мя руками. Ей вообщем не хотелось ее держать, но по другому нельзя. Футболка должна быть наготове на случай, если Конкистадор закрывает глаза 4 глава он захотит ее надеть. Время от времени он ее надевал, когда выдавались холодные ночи, и потому Роза предпочитала холодную погоду.

Лита всегда надевает футболку, ложась спать. Сама того не сознавая, она старается прикрыть свою еще не оформившуюся грудь, а вот Рафаэлю, казалось бы, незачем прикрывать грудь, которая никогда не оформится Конкистадор закрывает глаза 4 глава. Но по сути все напротив: Лите пока не нужно скрывать грудь, а вот Рафаэлю…

— Рафаэлю тоже не нужно, — пробормотала Роза для себя под нос.

— Чего мне не нужно?

— Ничего, — ответила Роза, непроизвольно зевнув. — Ты наденешь футболку?

Рафаэль щелкнул резинкой шортиков.

— Нет.

— Точно? — спросила Роза и здесь же сама Конкистадор закрывает глаза 4 глава для себя ответила: — Нет, ну и хорошо.

— А сейчас пойдем пожелаем размеренной ночи бабушке, — произнесла Лита.

— Отлично, — ответил Рафаэль.

— Отлично, — повторила Роза, хотя не могла не мыслить о том, что насажено на отпрыску, даже когда он уже лежал в кровати, а тем паче когда, до того как лечь спать Конкистадор закрывает глаза 4 глава, шел пожелать хорошей ночи Корасон.

Роза вздохнула, позже опять уложила футболку в шкаф, где она и должна была бы лежать в хоть какой обычной семье, при хоть какой обычной бабушке.

Корасон посиживала на диванчике, отложив в сторону книжку, которую только-только читала. Лита забралась к ней на руки, а Конкистадор закрывает глаза 4 глава Рафаэль встал рядом, положив руки на колени бабушки.

— Вы понимаете, о чем я сейчас задумывалась? — спросила Корасон.

— Угу, — произнесла Лита.

Рафаэль даже не удосужился ответить, так как знал, о чем речь пойдет, а только встал на цыпочки, делая упор о бабушкины колени, чтоб казаться выше ростом.

Корасон запустила пальцы в Конкистадор закрывает глаза 4 глава еще мокроватые волосы Литы.

— Я задумывалась о том, что мы с ними создадим всего через пару лет. Можно придумать массу увлекательных вещей, избрать какую угодно прическу. Мы совместно полистаем журнальчики мод и выберем самые наилучшие.

— Не-а, — произнесла Лита. — Для различных причесок их пока очень не много. — И Конкистадор закрывает глаза 4 глава уложила челку набок. — Вот видишь, я могу уложить ее на эту сторону либо на другую, но…

— Ничего, — Корасон перебежала на сценический шепот. — Может быть, через пару лет твоя мать закончит стричь их так кратко. — И она рассмеялась. — Очень прекрасные волосы1 Я так и вижу, как они спускаются до пояса Конкистадор закрывает глаза 4 глава, длинноватые и шелковистые. А еще их можно завязать сзади лентой и вставить в их цветок. Естественно, — она снова перебежала на сценический шепот, — цветок в волосах к лицу только самым прекрасным девицам.

Лита задумалась.

— Может, мне не захочется носить цветок в волосах.

— Это мы еще посмотрим! Еще как захочешь, когда мальчишки начнут Конкистадор закрывает глаза 4 глава за тобой бегать! Вот что я для тебя скажу, ангел мой: все они равно будут бегать за тобой, даже и без цветка. Ты сама будешь как цветок!

— Цветок…

— Да, — схватила Корасон. — Цветок. И ты будешь разбивать сердца.

— А я? — вмешался Рафаэль, не способен больше сдерживаться. — Лола, а Конкистадор закрывает глаза 4 глава я буду разбивать сердца?

Роза закрыла глаза. Это была единственная возможность не созидать выражения лица Корасон.

Слабенькая ухмылка, полностью соответственная подлинному отношению к мальчугану, немного покривила вдруг застывшее лицо Корасон, схожее на маску погибели. Клевок губками в щеку Рафаэля, жалостный взор на его оголенное тельце.

— Конечно, ты будешь разбивать Конкистадор закрывает глаза 4 глава сердца, дорогой. Много сердец. Ты будешь плейбоем.

— Я буду плейбоем, а Лита станет разбивать сердца.

— Да.

— И мы оба будем обеспеченными.

— Надеюсь.

— Здорово! Мы оба будем обеспеченными, и у нас будут большенные дома. А я буду плейбоем-баскетболистом.

Корасон кашлянула.

— Для чего для тебя баскетбол, дорогой?

— Да, я буду играть в баскетбол Конкистадор закрывает глаза 4 глава. Точно! Я уже об этом задумывался. У меня получится.

— Ну-ну. Это очень хорошая идея, но, дорогой, может, лучше стать, к примеру, юристом? Ведь баскетболист должен быть…

— Ну все! — оборвала ее Роза, резко открыв глаза. — Пора в кровать. — Избегая встречаться взором с Корасон, Роза захлопала в ладоши Конкистадор закрывает глаза 4 глава, чтоб предупредить неминуемый протест. — Папа сейчас поздно возвратится с работы, так что вы его не дождетесь. Спать — и никаких возражений.

Но возражений и не было. Брат с сестрой поцеловали бабушку и вышли из комнаты. Послушливые детки.

Скоро им уже станет мала эта маленькая спальня, а там, глядишь, пригодятся Конкистадор закрывает глаза 4 глава и отдельные спальни. В этом-то и была загвоздка, так как в доме имелось всего три спальни: две смежные и одна в далеком конце.

Спальня Корасон, наибольшая, находилась как раз в далеком конце дома. Когда они только переехали, она попросила выделить ей комнату гораздо меньше, но, невзирая на возражения Конкистадор закрывает глаза 4 глава супруга, Роза настояла, чтоб мама осталась в большой. В глубине души Роза считала, что к тому времени, когда детям потребуются отдельные комнаты, мамы уже не будет на свете. Но в ближайшее время, в особенности когда начались проблемы с Рафаэлем, сомнения стали посещать ее все почаще.

— Открой, — произнесла Лита.

— Закрой Конкистадор закрывает глаза 4 глава, — сделал возражение Рафаэль.

— Открой!

— Закрой!

Роза нахмурилась.

— Окно нельзя сразу закрыть и открыть. Рафаэль, почему ты не хочешь спать с открытым окном? Если я его закрою, вы сваритесь вкрутую, как яичка.

— Не нужно открывать. В москитной сетке дырка. Комары туда залетают и кусают меня.

— Но ведь твоя сестра не сетует?

— Естественно! Ее Конкистадор закрывает глаза 4 глава комары не кусают.

— Какие умные комары, они знают, что ты у меня таковой сладенький…

— Нет, они кусают меня поэтому, что я сплю рядом с окном, и еще поэтому, что я не пью пива.

— Пива? — взвилась Лита и села в постели.

— Дорогая, ложись назад.

— Если б я Конкистадор закрывает глаза 4 глава пил пиво, — раздраженно продолжил Рафаэль и тоже сел в постели, — они бы и ко мне не приставали.

— Я не пью пиво!

— Еще как пьешь! Ты таскаешь его из холодильника.

— А вот и нет!

— Тогда почему комары к для тебя не лезут? Все знают: если пьешь пиво, то тебя не Конкистадор закрывает глаза 4 глава кусают…

— Они кусают тебя, — оборвала его Лита, — из-за аромата, так как ты писаешь в кровать.

— Я? — Рафаэль всплеснул руками. — Ты врешь. Я уже издавна не писаю в кровать.

— Ты описался на прошлой неделе.

— Что?!

— Ты каждую ночь писаешься.

— Откуда ты знаешь? Ты от пива такая опьяненная, что ничего не помнишь Конкистадор закрывает глаза 4 глава.

— Я не пью пиво!

— Ну хватит! — рассердилась Роза. — Лита не пьет пива, а Раффи больше не писает в кровать. А сейчас ложитесь и покажите мне, где эта дырка.

Рафаэль протянул руку.

— Вон там, наверху.

— Тут?

— Выше.

— Сейчас вижу… Как она тут появилась? — Роза поежилась. — Да нет, я об этом и Конкистадор закрывает глаза 4 глава знать не желаю.

— Это все Раффи.

— Это Лита, ножиком. Лита выкатила глаза:

— Ножиком?

— Ну да, когда ты ночами шатаешься по дому.

— Я же произнесла, что знать ничего не желаю!

Хорошо, давайте закроем дырку кусочком газеты. Тогда вы можете спать с открытым окном.

— Давай, — произнес Рафаэль. — Ты Конкистадор закрывает глаза 4 глава отлично выдумала, но газету сдует ветром.

— Знаешь, дорогой, — Роза пошеркала вспотевшую шейку, — сейчас ночкой ее навряд ли сдует. Уже некоторое количество дней ни ветерка.

Роза тихонько спустилась по лестнице. Уже в коридоре она с ублажение кивнула, заслышав в гостиной звук телека, и стремительно прошла мимо открытой двери, смотря прямо Конкистадор закрывает глаза 4 глава впереди себя, позже двинулась далее по коридору, перекрестилась на немного потертого Христа с висевшей на стенке репродукции «Тайной вечери» и очутилась на кухне. Она собиралась почитать Manila Times, испить чашечку кофе и съесть мороженого с запахом магнолии.

Корасон стояла около мойки и с деловитым видом переставляла незапятнанные тарелки, которые Конкистадор закрывает глаза 4 глава Роза вымыла полчаса вспять.

— Дорогуша, — пропела Корасон, — я повсевременно гласила для тебя, когда ты еще была как на данный момент Лита, что тарелки необходимо ставить по размерам, по другому они побьются.

— Он не вожделеет быть этим чертовым юристом! Он желает стать баскетболистом!

Корасон сделала вид, что не увидела грубости Конкистадор закрывает глаза 4 глава.

— Роза, ему никогда не стать баскетболистом. Это знаешь ты, знает его отец и знаю я. Для чего же позволять ему грезить о том, чего никогда не будет? Это безжалостно.

— Ему всего 6 лет! Две недели вспять он желал стать астронавтом, пока ты его не отговорила!

— Астронавт — это нереально. Астронавт должен быть в Конкистадор закрывает глаза 4 глава неплохой физической форме, а вот юрист — это другое дело.

— Но пока он желает быть не юристом, а баскетболистом! И позже, кто знает, чего ему захочется, когда ему исполнится семь лет!

Корасон всхлипнула.

— Я тебя вырастила, а ты разговариваешь со мной таким тоном.

— Ты и доктора из меня Конкистадор закрывает глаза 4 глава делать не собиралась, — огрызнулась Роза.

— Что?

— …Ничего.

— Что ты произнесла?

— Ничего я не гласила.


konkurenciya-i-opredeleniya-eyo-mesta-v-rinochnoj-ekonomike.html
konkurenciya-kak-vnutrennij-regulyator-rinochnoj-ekonomiki.html
konkurenciya-na-rinkah-sbita.html